«Первым делом, первым делом – самолеты,
Ну а девушки, а девушки – потом!»

По словам весьма опытного летчика, если брать в расчет самолет как средство передвижения, то это весьма надежный аппарат. Более надежен, чем тот же автомобиль. Самолет задуман так хитро, что во всем есть подстраховка. Сломалась какая-нибудь «релюшка» в электрической цепи, тут же включается дублер, и воздушное судно продолжает полет. Перед каждым вылетом машину осматривают механики, бортинженеры, запускают-отключают разные системы. Неисправный самолет не должен, вроде бы, выйти на линию.

То есть самолет – словно банковский вексель. Вроде бы надежен донельзя. В автомобильным авариях шанс погибнуть в сотни раз выше, чем при перелете. Но так бывает, если все технические регламенты соблюдаются и за аппаратом следят качественно. Если во главу угла авиакомпанией поставлена задача, прежде всего, безопасности пассажиров, а не прибыль. Если на машину ставят оригинальные запчасти, а не «бэушные», купленные на рынках третьих стран.

В России авиакомпании стали частными. Аэропорты – тоже. Помните историю, когда из-за ледяных дождей в Москве аэропорт Домодедово практически прекратил свои функции, и никто не мог помочь, потому как долго искали собственника этого аэропорта для согласования возможных действий? Наш частник озабочен только одним – выбить быстрый рубль любой ценой.

Именно поэтому самолеты сейчас грузят «под завязку». Превышая все мыслимые нормы грузоподъемности. Представьте, если верблюда в пустыне нагрузить весом в два раза большим, чем он способен доставить из пункта А в пункт Б! Ноги у него подломятся, и рухнет он обессиленный в раскаленные пески. Так и самолеты падают вниз, не в силах взять на крыло неимоверный перевес.

Именно поэтому, если летчик идет на посадку, но она не выходит с первого раза или это опасно, он все равно пытается посадить машину. Почему? Да потому что руководство авиакомпании штрафует летчиков за непосадку с первого раза. Ведь если идти на второй круг, то такая махина как самолет, сожжет топлива на десяток тысяч рубликов. И платить за этот «лишний» керосин администрация заставляет самих же летчиков. Дескать, не попал с первого раза на нитку посадочной полосы, то расплачивайся из своего кармана.

А у летчиков – тоже дети, родители, и зарплаты на подобные вычеты никак не хватит. Вот и рискуют командиры корабля, полагаясь на русское «авось». Но «авось» не всегда срабатывает.