Я – человек, и я, обычно, дышу. Мне все равно пришлось наполнить воздухом легкие после проезда грузовичка. Нет, вру: воздуха вокруг уже не было, а вот концентрированные выхлопы – пожалуйста. Следить за техническим состоянием машины здесь не принято. Машины в Африке не ржавеют, их не надо заводить «с толкача» зимним утром (подавляющее большинство египтян никогда не видело снега), как в России. Все детальки всегда сухие. Едет драндулет, и – ладно.

Итак, я вдохнул выхлопов и, не буду кривить душой, буквально «прибалдел». Будто токсикоман, что нюхает бензин, зарывшись головой в полиэтиленовый пакет, после делается невосприимчивым к опасности, так и я «оборзел» окончательно. Сзади снова я уловил движение. Теперь по обочине чапал настоящий живой ослик, оседлал которого чернявый пацаненок лет десяти-одиннадцати. До этого по тротуару, где я стоял, также проехала бричка, запряженная лошадьми, в которой помещалась большая цыганская семья. Теперь вот – ослик.

Наглотавшись выхлопных газов великого града Каира, я уже не захотел снова тереться спиной о покрытый пылью забор позади меня и решил не пропускать ни наездника, ни его ослика, ни ревущий следом за осликом старый мопед. Но юный каирец оказался не из робкого десятка и чуть не сбил меня своим ослом! Если бы я не шагнул назад, произошло бы ДТП международного масштаба с последующим же международным скандалом!

Я уступил путь ослику, но зато после во всю Ивановскую, то есть во всю Каирскую, гаркнул вслед мальчугану: «Куда прешь, осел! Не видишь, я здесь снимаю!». Ни ослик, ни его наездник даже не обернулись. Голова паренька лишь слегка повернулась набок, и уста египтянина крикнули мне что-то в ответ на арабском языке. Скорее всего, он послал меня куда-то по египетскому адресу, аналогичному русскому «куда Макар телят не гонял». Во всяком случает, то явно были не слова благодарности. Но в итоге мы оказались вполне довольны друг другом, так как контакт представителей двух разных цивилизаций все же состоялся.